• Среда 02.12.2020
  • Харьков -4.22°С
  • USD 28.56
  • EUR 34.22

“Разве это не работа мечты?” – харьковский музыкант о выступлениях на улице, отношениях с полицией и “откатах”

Интервью    6004
“Разве это не работа мечты?” – харьковский музыкант о выступлениях на улице, отношениях с полицией и “откатах”

Начало лета сопровождается не только теплой погодой, но и появлением на улицах Харькова музыкантов, которые придают особое настроение городу.

Чем мотивировано желание играть на улицах, кто “гоняет” харьковских музыкантов и законно ли играть в общественных местах. Об этом и многом другом корреспонденту медиа группы “Объектив” рассказал уличный творец с трехлетним стажем Илья Джузи. 

Этого парня с гитарой вы можете встретить в одном из переходов станции метро “Героев Труда”. Раньше, когда учился в университете, он появлялся на улицах чаще. 2-3 раза в неделю по несколько часов Илья стабильно отыгрывал концерт для вечно меняющейся толпы. Песни Цоя, Элвиса, Порнофильмов, The Subways, Talking Heads в исполнении Джузи (творческий псевдоним) могли принести за несколько часов приличный гонорар, а могли оставить ни с чем. Джузи пел в любую погоду, потому что нужны были деньги. Но всего лишь по два часа – говорит, на большее не хватало голоса. 

– Ты занимаешься музыкой профессионально или любительски? Как и когда первый раз взял в руки гитару?

– Гитару в руки взял давно. Желание играть пришло лет в 11. Мама записала в музыкалку, отходил туда год и сломал ногу. Когда очухался опять год проходил, и мне надоело. Потом забросил, и только в колледже, лет в 17, мой друг привил мне любовь к гитаре. Я не профессионально этим занимаюсь, больше для себя, но потихоньку изучаю гитарную теорию. Пою, немного играю на акустической гитаре, немного на бас гитаре, капельку на барабанах, но гитара мне нужна, как аккомпанемент. Я позиционирую себя, как певца, или вокалиста, если угодно.

 – Расскажи о первом дне, когда вышел играть на улицу. Почему решил этим заняться?

– Я учился в универе, мне нужны были хоть какие-то наличные на сигареты, проезд и покушать. Мама платила за учебу, сама содержала семью, а я хоть чем-то пытался уменьшить ее расходы. Плюс тогда дедушка сломал ногу, надо было быть дома, помогать. Мама и работать, и за дедом смотреть не могла одновременно. Ну я и подумал: я очень люблю петь, неплохо играю на гитаре и мне нужны деньги. Почему, собственно, не попеть в метро? Увидел, что это приносит деньги – я тогда за час игры гривен 150-200 заработал и прифигел знатно. Я кайфовал и зарабатывал. Разве это не работа мечты?

Сначала я долго играл сам, иногда подруга предлагала вместе пойти попеть, тоже нужны были деньги. Потом я попал в уличной бэнд (очень не хочу пиарить их название). Познакомился с их вокалистом на вписке (на вечеринке – прим. ред.), он услышал, как я пою, позвал на прослушивание. Меня взяли, как второго вокалиста и ритм гитару, и на смену басиста. Играть вместе было весело, но потом начали темнить с делением денег. Вокалист начал “ловить звезду”: типа, деньги мои, группа моя, вы никто, вас можно заменить. Я просто решил уйти. 

– Есть ли у уличных музыкантов какие-то договоренности между собой? Например, кто, когда и на каком месте играет?

– Вообще, кто первый встал того и тапки. Некоторые меняются номерами, забивают места на определенное время. Понятно, что самое ходовое – это вечер пятницы и субботы, поэтому надо как-то делиться между собой. Но, например, музыканты с Исторического музея не играют на Героев Труда, а я не играю в центре. Мне атмосфера там не нравится. Все какие-то злые, угрюмые. У меня пусть и алкаши, но это мои, родные, салтовские алкаши.

– Кто угрюмые? Музыканты или люди?

– Люди. И атмосфера гнетущая. Когда смотрят на тебя будто говорят: “Найди работу. Задрали тут стоять. Кто ж так фальшиво поет”. Постоянные осуждающие взгляды. Я два раза играл на Историческом музее, мне там очень не понравилось. На Универе (станция метро “Университет” – прим. ред.) люди хотят чего-нибудь “Вааау”. Как бы классно ты ни пел, но играя просто с акустикой, максимум, что тебе скажут: “Ну, классно”. А вот, когда ты фигачишь с барабанами, со светомузыкой, с электрогитарой – тебе закинут денег, но этот перформанс, обычно, не окупается.

– Уличная игра может быть единственным источником доходов?

– Я не уверен, на самом деле. Это слишком нестабильный доход и он не такой уж и большой. Как заработок для студента – возможно. Если ты прям профессионал, так тебе не надо играть в метро. Ты идешь петь на корпоративах. Я делаю это ради удовольствия. Неважно, сколько мне кинут денег. Были дни, когда у меня реально за два часа 70-80 гривен еле-еле собиралось, а бывало, что за два часа я зарабатывал 400. 

– Играть на улицах в Украине это законно? Какие отношения у музыкантов с полицией?

– Вообще никто тебе не может запретить играть на выходе из метро. Но КП “Подземный город” пытается гонять музыкантов прикрываясь буквой закона, который есть только у них. Мне пытались вменять, что я занимаюсь незаконной хозяйственной деятельностью на территории харьковского метрополитена. Хотя, по сути, я не предоставляю никаких услуг, ни товаров, ни продукцию, вообще ничего. Я играю и не заставляю людей платить деньги, и не предлагаю товар за эти деньги. Друзьям вменяли, что это стратегически важный объект. Они ссылались на закон, который запрещает фотографировать и снимать в метро. Кому-то угрожали. Собирались вызывать полицейских. Прикрывались какими-то выписками. Но именно полицейские меня не гоняли. Один раз было, что ко мне подсели ребятки, которые распивали спиртные напитки. Пришли охранники из метро, ребят забрали. Я им говорю: “Мне надо документы показывать?”. Они такие: “Нет, мы тебя знаем, ты тут часто играешь, не дебоширишь, с тобой все в порядке”. В КП “Подземный город” тоже попадаются более менее адекватные люди, но которые тоже ждут свой откат. 

Работникам в самом метрополитене главное, чтобы ты на перроне не пел. Полицейским главное, чтобы ты не пил и не курил в переходе метро. В скверах главное – не нарушать общественный порядок. Если в Украине разрешено шуметь до 11 вечера, так, пожалуйста, стой и пой себе. 

В других странах вообще все за то, чтобы люди играли на улицах. Один раз, когда меня хотели вывести, подошла женщина и начала за меня вступаться. Она рассказала, что часто бывает в Польше и там государство только за, чтобы развивать молодые таланты. Есть много известных людей, которые связаны с музыкой, вышедших из метро, из переходов, с улиц. Просто один раз их заметил кто-то нужный.

– А расскажи о приятных моментах игры в переходах.

– Ой, очень много приятных моментов было. Когда я только начинал играть был такой случай. Шел мужик, ну такой, реальный, брутальный металлист: в кожанке, длинные волосы, огромные наушники, пирсинг, идет очень хмурый. А я играю Элвиса “Blue Suede Shoes”. Такой рокабилли, рок-н-рольчик. И я вижу, как он идет, снимает один наушник и начинает качать головой, улыбается, кидает мне полтинник и показывает большой палец. Мне очень приятно было. Когда я в бэнде играл было очень приятно, когда иностранцы кидали доллары. Приятно, когда говорят: “Ой, молодой человек, у вас такой голос красивый”. Пару раз у меня даже спрашивали: “А почему вы не выступаете на Х-факторе”. А я понимаю, что на Х-факторе нужно образование, база, а у меня только уличная база. За все время мне только одна бабуля сказала: “Иди, найди работу!”

Сейчас Джузи работает поваром, создает кулинарные шедевры. Но все еще хочет петь для людей, свои, а не чужие песни. Из-за карантина уличные выступления пришлось прекратить, но как только у Ильи будет выходной, он пообещал, что снова возьмет в руки гитару и пойдет петь.

Автор: София Красникова
×

Tакже вы можете позвонить в редакцию по телефонам (057) 763-12-12, 763-14-14 или отправить письмо.