Залужный, Зеленский, Буданов или Белецкий – кто станет президентом мира?

Как Владимир Зеленский сможет снова избраться президентом, почему Андрей Белецкий – это золотой политический актив, чего будут хотеть украинцы послевоенного периода, что сможет расколоть общество и когда снова начнутся разговоры о дружбе с РФ, пояснил политолог Владимир Фесенко в интервью МГ «Объектив».

«Белецкий – это растущий в цене политический актив»

– Украинцы не устали от популистов?

— Мы популизм воспринимаем немного упрощенно, как пустые обещания поднять пенсии, зарплаты и прочее. Или быстрый мир – такие простые легкие решения. Я думаю, сейчас в это немногие будут верить. Раньше, да, это срабатывало в определенной степени. Мы помним, у нас были такие звезды, и та же самая Юлия Владимировна (Тимошенко – прим. ред.) проявляла себя на этом поприще. Но, кстати, она кое-что выполняла, ее известная тысяча и так далее. Был в настоящее время воюющий Олег Ляшко, его Зеленский недавно наградил. Но хорошо, человек ушел на фронт. Я считаю, это лучше, чем выступать в роли популярного блогера неизвестно где, часто за границей.

— Так какой популизм сейчас сработает?

– Я знаю исследование некоторых коллег по фокус-группам. У нас на послевоенные выборы пойдут военные. Которые уже проявили себя в армии, уже известны популярные фигуры. Некоторые люди связаны с Харьковом, в том числе.

– Это вы имеете в виду Белецкого или Немичева?

– Безусловно, Белецкого. Он сейчас очень известен, популярная фигура в армии. Потому что Третий армейский корпус стал просто образцом, я бы сказал, не только в военном смысле, но и в экономическом. Потому что справедливая зарплата, в отличие от многих других военных подразделений.

– Еще у нас есть Хартия.

– И Хартия тоже. Просто Белецкий, он, во-первых, имеет политический бэкграунд, узнаваем. Жена известная журналистка, это тоже не последний момент. И он активно рекламирует себя. Да, формально это рекрутинг, но все понимают, что это скрытая политическая реклама. И так или иначе там идет подготовка к выборам. Ну, это очевидно. Кто там этим занимается, я не знаю, но…

– Называли Ахметова…

— Об Ахметове всегда вспоминают, когда речь идет о деньгах. Но у Ахметова сейчас не самый лучший финансовый статус, какие-то деньги есть, благотворительный фонд, и он там тоже может кому-то помогать. Сейчас есть некоторые люди, у которых нет проблем со спонсорами. И это не обязательно Ахметов. У Залужного не будет никаких проблем со спонсорами, никаких. Там очередь будет спонсоров. Я думаю, что не будет особых проблем и у Зеленского, когда он пойдет на выборы, если пойдет. Я думаю, что у Белецкого не будет много проблем. Найдутся бизнесмены и в Харькове, и в других регионах страны, которые будут понимать. Здесь какая логика? Это растущий в цене политический актив. Это как на фондовом рынке в бизнесе. Есть акции, которые растут в цене. Белецкий – это как раз растущий в цене политический актив. Как Зеленский или Вакарчук в начале 2019 года.

После войны будет запрос на борьбу с коррупцией

— Так какого популизма со стороны военного движения следует бояться?
– Социологические исследования показывают парадоксальную ситуацию: люди не хотят, чтобы в Украине после войны была диктатура, военная или персональная: Зеленский, Порошенко или Залужный – не важно. Однако люди хотят, чтобы навели порядок.

— Как это возможно при условии демократического общества…

– То есть существует ставка на авторитарные методы. И вот я бы назвал таким, плюс еще в послевоенной ситуации, вопросом безопасности. И тут возникнет куча противоречий. Потому что часть людей, значительная часть бизнеса, хочет после войны оправиться от всего, что было: от военного положения, давления силовых структур, СБУ и ДБР и тому подобного. Жить нормальной жизнью и активно развивать экономику. Но часть избирателей будет склонна к тому, чтобы к власти пришли строгие парни с военной репутацией, которые…

— Наведут порядок?

— Да, привыкшие к дисциплине, к военному строю, начальник сказал, подчиненные должны выполнять. Такая авторитарная суть администрирования, как в армии. И спрос на то, чтобы они навели порядок, в частности в борьбе с коррупцией. И тогда возникнет потребность в таких авторитарных методах. И вот это и есть милитарно-авторитарный популизм. Вот на что может быть спрос. Не на социальный популизм, как у нас было раньше, а именно спрос на наведение порядка авторитарными методами.

Зеленский снова победит на выборах, если объединит второй тур с референдумом

– В последнее время Зеленский становится все более авторитарным. И я не думаю, что если он останется в должности, при условии перевыборов, то не будет авторитаризма. Он это уже демонстрирует. Но сможет ли он вообще переизбраться? Ведь Зеленский баллотировался как президент мира, который любым методом остановит войну, а стал по сути президентом не заканчивающейся войны.

– У Зеленского есть определенные шансы на выборы. Я вас удивлю, но он может стать президентом мира. Не в том смысле, как в 2019 году. Всё, туда вернуться невозможно, и никто не будет, ни Зеленский, ни Путин. Но если вдруг найдут какой-нибудь компромисс, например, по Донбассу, по Запорожской АЭС, и Путин на это согласится, пока это маловероятно, но вдруг. И тогда на голосование в Украине, на всеукраинский референдум, выносится мирное соглашение. Не вопрос Донбасса, не вопрос Запорожской АЭС, а мирное соглашение в целом. Ты за или против? Если перед этим голосованием будет хотя бы два месяца без войны, и одновременно с референдумом будут президентские выборы… Будь я политтехнологом президента, то надо, чтобы второй тур президентских выборов был именно во время референдума.

– Почему?

— Потому что в первом туре будут два кандидата-фаворита, это Зеленский и Залужный. А вот если второй тур, с одной стороны Залужный, которого будут воспринимать как военного человека, и что есть вероятность прихода к власти военных. Хотя на самом деле он не будет представителем партии войны и не будет выступать за продолжение войны, он тоже примет мирное соглашение.
А с другой стороны Зеленский, к которому куча претензий, куча критики, но он будет выступать как мирного соглашения и его выполнения. И те люди, которые захотят, чтобы война прекратилась, пусть даже уступками, за кого они будут голосовать? Ответа нет. Одно дело – социологические опросы, другое дело – как будут голосовать люди. Те, что за границей, у них свое отношение и к войне, и к тому, что будет после войны с Украиной. По-разному будут голосовать люди в прифронтовых регионах – в Харькове, Херсоне, Николаеве, Днепре – и Западная Украина, потому что там несколько иная ситуация. И потому если Зеленский пойдет на выборы, я думаю, что у него шансы будут.

– Послушайте, референдум – это такая плохая история, потому что власть фактически перекладывает свои полномочия и решения на плечи людей. Власть выбирают, чтобы она принимала решение, а в этой ситуации она отграничивается.

– Она не отграничивается, она разделяет ответственность с народом.

Мирный референдум может посеять раскол украинского общества

– Она не разделяет, она перекладывает ответственность.

– Нет. Потому что кто будет подписывать это мирное соглашение? Представители нынешней власти, они будут нести за это ответственность. Но в чем смысл референдума? Это политико-правовое решение. Мы из политических кризисов в 2004 году, затем в 2014 году выходили путем политико-правовых решений. Потому что в юридическом смысле то, что принималось после Оранжевой революции, после Революции Достоинства, мягко говоря, было сомнительным. И сейчас то же – это попытка поднять уровень легитимности мирного соглашения. Но проблема в другом будет.

– В чем же?

– Если «за» мирное соглашение проголосует, например, 51-52%, даже 55%. Разница небольшая. Будет фактически пополам разделение наших граждан. И это самый плохой вариант. Потому что станет внутренним политическим расколом, которым может воспользоваться РФ, влияя на наше общественное мнение. Но я вспомнил референдум, потому что Зеленский и его команда могут воспользоваться этой историей в собственных политических целях. Это может стать достаточно эффективной политической технологией. Как оно сработает, мы не знаем. Пока что шансов гораздо большего у Залужного во втором туре выиграть выборы. Потому что к Зеленскому куча вопросов, претензий.

– Как сейчас воспринимают Залужного?

– Уровень его популярности уже значительно ниже, чем в 2024 году. Но для многих он наиболее приемлемая альтернатива Зеленскому. И все, кто хотят перемен, проголосуют во втором туре за человека, олицетворяющего эти изменения. Не будет к Залужному таких претензий по коррупции, как к Зеленскому. В этом его большое преимущество на выборах. Потому что он не был у власти, а Зеленский был и много лет. Но у нас внутри общества за последние два года сформировалось не прямое, но достаточно серьезное разделение. Как я уже сказал, около половины жителей Украины хочет, чтобы к власти пришли военные после войны. И навели порядок. Неважно, Залужный, Буданов, Белецкий. А часть категорически этого не хочет. Это люди, которые против мобилизации, которым не нравится ТЦК, которые сейчас шарахаются от людей в пикселе, которые хотят, чтобы после войны Украина развивалась не милитаризованным путем, а, скажем так, скорее забыла о войне…

О дружбе с РФ снова заговорят через 10 лет после окончания войны

— Люди, которые хотят снова дружить с РФ, вернуть шансон в маршрутки…

– Нет, о России вспомнят не сразу, лет через 10. Раньше нет, потому что травмы войны очень сильны. О России будут упоминать критически, о дружбе с РФ говорить будет нельзя примерно 10-15 лет.

– Грузия раньше «исцелилась».

– Там не было таких травм войны. В Грузии была война всего несколько дней. И жертв практически не было. А у нас 4 года войны и сотни тысяч, а реально миллионы пострадавших, члены их семей, близкие. Поэтому я думаю, что пророссийские настроения, как минимум, первые 10-15 лет после завершения войны проявляться не будут. А вот после этого, спустя некоторое время, могут восстановиться. В зависимости от того, какая будет ситуация в РФ, у нас и так далее. Потому что после послевоенных выборов, я думаю, у нас не будет монополии на власть, вот как была у Зеленского в 2019 году или во время войны. У нас не будет однопартийного большинства. Ни у кого. Ни у партии Зеленского, ни у блока Залужного. Будет коалиционное правительство, коалиционное парламентское большинство. И будет оно шатким и нестабильным. И я больше обращал бы внимание не на то, кто станет президентом, а кто у нас будет премьер-министр. Потому что на первый план выйдут социально-экономические проблемы.

Послевоенное правительство будет правительством камикадзе

– Как в 20214 году.

— Я не завидую послевоенному премьер-министру Украины. Потому что он повторит путь Арсения Яценюка. Талантливый, яркий человек, фактически  принесший себя в жертву. Он так не думал, но сказал о камикадзе — и слова сбылись. Повышение тарифов, девальвация национальной валюты, как тогда было, в 2015 году. То же нас ждет и после Большой войны. И будет очень непростой социально-экономический период. И правительство, которое придет к власти, а возможно и первый созыв Верховной Рады, они будут обречены, будут теми же камикадзе. Дай Бог, если найдется во главе правительства сильная фигура, которая будет ясно знать, что и как надо делать. Тем более, у нас будут шоры, связанные с европейской интеграцией. Я надеюсь, что меньше будет проблем с политической коррупцией, чем в нынешнем созыве и предыдущих. И я думаю, что оздоровительные процессы, которые уже и сейчас идут, они продолжатся и усилятся после войны. Но мы столкнемся с определенной политической нестабильностью. И у нас останется враг у границы. Потому ситуация будет непростой, противоречивой. И все же я думаю, что мы останемся демократией. И тот факт, что при всех изъянах нынешнего Европейского Союза мы продолжим двигаться в этом направлении, будет означать, что будет меньше возможностей для популизма и будет внешнее давление по борьбе с коррупцией, чтобы эта борьба не прекращалась, а усиливалась. Это все те положительные тенденции, которые будут постепенно вести нас в правильном направлении.

Читайте также: Без тепла при -25°: как выживает Харьков – итоги 4 февраля